Филипп Бахтин о «Селе»: «Все наши программы построены как приключение»

 Несколько лет ходили слухи о том, какой лагерь для детей делает бывший главный редактор российского Esquire Филипп Бахтин. Все эти годы мы в Kidsters хотели встретиться с Филиппом, чтобы узнать подробности проекта, которые довольно тщательно скрывались. Теперь проект лагеря стал публичным, у него появился сайт, появилось новое название и возможность встретиться с Филиппом.

Интервью Маши Варанд
Фото Илоны Рубинштейн

Что-то будет в этом году летом?

Да, мы делаем лагерь в Подмосковье, он называется «Село». Лагерь должен быть построен в этом году и заработает 13-го июля. Мы открыли бронирование путевок в этот лагерь. В нем будут 4 смены, с 13 июля по 5 сентября. Смена по 13 дней.

Это большой творческий лагерь, он находится в Бородино, 100 км от Москвы. Там одновременно могут находиться 1 260 детей. Лагерь творческий, дети занимаются фильмами, театрами, танцами, интеллектуальными играми, стратегическими играми, цирком, современным искусством и так далее. На каждое из этих направлений у них есть один день: один день они снимают кино, другой день ставят спектакль, третий день ставят мюзикл, четвертый день играют в стратегические игры и так далее.

Для всех этих творческих активностей им построены так называемые «фабрики». Есть фабрика кино, есть фабрика танцев. Такие маленькие и модные, симпатичные «дома культуры», если говорить советским языком, которые построены немецким архитектурным бюро совместно с нашим русским бюро, которое у нас работает в «Стране детей». В лагере очень высокий уровень всего. Высокий уровень проживания, питания, медицины, безопасности, уровень персонала, который работает.

Звучит фантастически!

Бронировать путевку можно прямо сейчас. Для тех, кто бронирует путевку в январе, стоимость лагеря составит 35 тысяч рублей. Позже скорее всего путевка немножко подорожает. Надеюсь, что мы к моменту начала продаж предложим также родителям услугу по приобретению путевки в кредит. Тогда вы можете заплатить первоначальный взнос порядка трех тысяч рублей и постепенно его выплачивать, но быть уверенным, что ваш ребенок попадет в этот лагерь и у него все будет круто.

Лагерь круглогодичный. У нас будут смены во все каникулы: осенние, зимние и весенние. Будут смены выходного дня — это когда вы отдаете ребенка, привозите его на Белорусский вокзал, передаете  вожатому и он в специальном поезде едет в лагерь. Забираете его в воскресенье, он три дня занимается по отдельной программе.

Детей мы берем в лагерь с 11 до 16 лет. У нас есть квотирование по полу и возрасту. То есть, условно, девочек от 14 до 16 лет там будет не больше четверти. Таким образом, мест не очень много, несмотря на то, что лагерь огромный.

Кроме всего прочего, в течение года там будут происходить разные события, связанные с детством. Сегодня были переговоры с компанией Lego, которая ежегодно проводит, насколько я понял, чемпионат по робототехнике и всего невероятного, что сделано детьми. В 2014 году это будет происходить в России. Очень надеемся, что это будет происходить у нас в лагере. И таких событий будет миллион.

1260 детей одновременно — это какой-то немыслимый масштаб. Как при таком потоке можно выдержать качество?

Ни один маленький лагерь не может себе позволить выдавать такое качество услуг за такие маленькие деньги. Если вы хотите сделать такие дома и такое питание, такие программы и такое качество персонала, как у нас — стоимость этой путевки взлетит в разы. Благодаря тому, что много детей, мы можем себе позволить сохранять цену совершенно доступной.

Во-вторых, не нужно бояться этой цифры, потому что дети не занимаются, не живут, не едят и не общаются всей этой огромной кучей. Это просто несколько лагерей рядом. У них могут быть совместные мероприятия, но это мероприятия, на которых они выступают в качестве зрителей. То есть если есть какой-нибудь концерт — он может быть на весь лагерь. Они живут так называемыми «улицами». Одна улица — это один маленький лагерь на 100-120 детей. Все это обыкновенный лагерь, по такой же системе сделан и Артек, и Орленок. Там нет ничего страшного. Это не нами придумано. Это не означает, что дети приезжают в какую-то тучу людей, где за ними никто не следит. Они живут в обыкновенном маленьком лагере. Благодаря этой огромной инфраструктуре, это классно, это недорого.

Дети с 11 до 16 лет в одной группе могут оказаться?

Отряды в нашем лагере разновозрастные. Я много лет занимаюсь лагерями, знаю, как устроены лагеря на Западе. И из всех систем эта — самая здравая, самая классная система, потому что дети одного возраста превращаются в такую банду, у которой одинаковые, хулиганские в основном, стремления, с ними очень сложно сладить и их очень сложно настроить на какое-то творчество, на какой-то интересный процесс.

Дети разновозрастные не могут объединиться в этот единый вектор хулиганства, потому что они разных возрастов, у них разные устремления. Это наша принципиальная позиция. Мы много лет делаем лагерь, который называется «Камчатка» и, в общем, знаем, что это отлично работает.

Младшие дети тянутся за старшими, хотят наравне с ними поучаствовать во всем, что происходит. Хотят доказать, что они достойны составлять компанию старшим детям. Старшие дети приучаются к тому, что они не просто лоботрясы, которые остались без родителей, но они также несут ответственность некоторую за младших детей, должны показывать им правильный пример, должны помогать там, где им сложно. В каждом отряде есть дети всех возрастов.

Вот эти вожатые, которых вы упомянули. Наверно, это вообще ключевые люди в проекте. Где вы их взяли?

Мы их сейчас будем набирать. У нас есть технологии по обучению этих вожатых. Эти вожатые получают хорошую зарплату. У них невероятные условия проживания. Они подписывают контракт, по которому мы не только платим им зарплату по 1 000 евро, но мы предоставляем им жилье в этих самых немецких коттеджах, которые строим. Мы их кормим все это время. И мы надеемся, что эти условия помогут нам привлечь еще много желающих попасть в этот проект. Дальше мы проводим предварительный творческий конкурс, проводим собеседование, проводим психологическое он-лайн тестирование. Всех, кто прошел эти предварительные этапы успешно, мы приглашаем в инструктивный лагерь, и там в течение месяца их обучаем. Потом подписываем контракт с теми, кто успешно прошел обучение.

Кроме этого, в этом году мы делаем в честь открытия нашего лагеря «Лето фестивалей». Помимо нашей постоянной творческой программы, мы будем привозить в лагерь огромное количество концертов, выставок, фестивалей, которые за те же деньги смогут увидеть все эти дети, которые приедут к нам в лагерь. Есть огромный список групп, которые согласились выступить перед детьми. У нас есть большая сцена. Это будут как раз те единственные общие мероприятия, когда дети из всех этих маленьких лагерей смогут прийти и посмотреть на какой-то классный концерт.

Какие, например, группы, если это не тайна?

Это не тайна. У нас будет группа С.Б.П.Ч., у нас будет группа Canicool, у нас будет группа «Наадя», которая откололась от какой-то группы, не помню, как называется. Огромный список.

Ну это скорей подростковые такие.

Можно как угодно к ним относиться. Не считаю, что группа С.Б.П.Ч. подростковая. Другое дело, что дети ее радостно слушают, это классная музыка, это наши друзья.

Я не знала, что дети ее слушают.

Кирилл Иванов, лидер группы С. Б. П. Ч., ездил к нам вожатым.

Нужно ли детям проходить собеседование, чтобы попасть к вам в лагерь?

Нет никакого отсева. Мы по своему опыту знаем, что те программы, которые мы предлагаем, интересны 99% детей. Думаю, даже родители, которые со скепсисом относятся к готовности и способности ребенка участвовать в творческой программе, приятно удивятся, посмотрев на своего ребенка в нашем лагере.

Есть еще история про то, что та инфраструктура и то качество жизни, которые мы предлагаем, тоже настраивает самых оголтелых подростков на какое-то симпатичное поведение.

Пока ты живешь в плохом доме и тебя плохо кормят и не очень тобой занимаются, естественным образом главное содержание твоего отдыха превращается в попытку развлечься самостоятельно. Когда ты живешь в классном доме, тебя классно кормят, отлично развлекают, программы, которые тебе предлагают, интересные, желающих отвлекаться на все, на что любят отвлекаться подростки, становится все меньше и меньше.

Будет ли там место спонтанному приключению, которым и запоминается время в детском лагере?

Дело в том, что все наши программы построены как приключение. Наша главная задача, когда мы снимаем кино или ставим спектакль,— сделать качественный фильм или поставить качественный спектакль — находится на втором или третьем месте. Задача номер один — сделать так, чтобы это задание, которое дети получают, было классным, чтоб они понимали, как это интересно, что это весело, что это им по силам, что они, показывая эти спектакли, хорошо выглядят перед девочками, мальчиками, которые в их отряде и в их лагере. Все это сделано как приключение.

Если ребенку не интересно в начале, значит плохо придумали эту технологию. Плюс там есть штуки, которые построены на квестах, на играх. Всегда приключение. Должно быть весело, если это не весело, это никому не нужно. Если весело, то мы можем детей заставить полюбить это.

У вас есть какие-нибудь примеры вдохновения из мирового опыта? Подобное или похожее, просто, что вам нравится?

В мире есть много маленьких лагерей. Очень много, есть побольше, есть поменьше. Есть куча каких-то классных фестивалей, классных лагерей, где люди делают что-то похожее, но нет никого, кого бы мы брали за образец, или кто был нашим кумиром в этом вопросе. Так получилось, что я и мои товарищи еще с 90-х годов занимались этими лагерями, в качестве хобби делали маленькие лагеря.

Мы делали их сотней разных способов, отказывались от каких-то идей и шли к новым. То, как мы это делаем сейчас, это история выстраданная и вымученная, но мы пришли к тому, что вот это — самый лучший способ. Мы много чего знаем, много чего смотрели кто как делает, поняли только то, что те технологии, до которых мы дошли сами, они плюс-минус лучшее из всего, что есть в мире.

Потому что люди, пытаясь заниматься с детьми чем-то приятным так или иначе, если это классные люди, они серьезно к этому относятся, приходят к одним и тем же идеям. Все всегда одно и то же примерно. То есть, условно говоря, киношкола Гондри, которая приезжала в Парк Горького, это классно, это здорово, это очень похоже на День кино, который мы делаем много лет и придумали его задолго до знакомства с творчеством Мишеля Гондри.

Какие вам вообще нравятся проекты, связанные с детством в России?

В России нет ничего вообще, не говоря уж о проектах, связанных с детством. Попадаются какие-нибудь два-три энтузиаста, которые делают что-нибудь маленькое симпатичное. Есть люди, которые делают лагерь в Никола-Ленивце, я понимаю, что они не бездарные, симпатичные. Таких людей много.

Но это всегда энтузиазм, это всегда хобби, а не коммерция. Отсюда вытекают естественные минусы. Либо не очень большая, не очень интересная программа, либо большая цена, и всегда очень мало детей. Потому что если есть два энтузиаста, они могут взять какое-то ограниченное количество детей и их развлекать. Придумать систему, при которой куча детей может попасть в такие классные обстоятельства, меняющие сознание навсегда, это очень важно, ничего похожего нет.

В вашем детстве было что-то похожее, что вас вдохновляло?

Мое детство приходилось на эпоху Советского Союза и я ездил в пионерский лагерь «Волна» в Псковской области, этот лагерь был по меркам Советского Союза довольно симпатичный. Хотя, конечно, все равно это был советский лагерь с белыми рубашками, красными галстуками, барабаном, поднятием флага, дудкой и всякой коммунистической околесицей.

Какие-нибудь кружки может быть были классные?

Конечно, были какие-то кружки. Все эти кружки, все, что было хорошего, а было хорошего много всего, всегда было построено на каком-то конкретном человеке. Если находился человек, который преподавал физику, а еще параллельно с физикой, помимо основных занятий, у него было время, желание и силы, энтузиазм после уроков заняться с детьми моделированием или чем угодно, это было классно. Если такого человека не было, то и у детей ничего не было. Конечно, были какие-то спортивные секции, были люди, которые занимались с удовольствием и 90% людей, которые с детства полюбили что-то, как раз происходит в процессе так называемого дополнительного образования.

Я знаю очень мало людей, которые влюбились в свою нынешнюю профессию в рамках стандартного образования в школах. Как правило, если человек с детства любит математику, значит что-то где-то когда-то классно в рамках дополнительных каких-то историй, не просто по программе объяснял, в чем смысл формулы, а умудрялся объяснить ребенку, почему он это искренно любит на каких-то других живых примерах.

В этом смысл дополнительного образования и поэтому оно куда важнее основного, потому что формирует личность. В этот момент ты влюбляешься во что-то, а не просто забиваешь башку той информацией, которая по программе тебе положена. И в этом большое значение лагеря, который мы строим. Потому что мы пытаемся это дополнительное образование из какого-то второстепенного, никому не нужного, обратить в важный, большой процесс. При этом, если возвращаться к объемам, мы хотим построить 24 таких лагеря в стране. Даже когда сделаем, пропуская тысячу детей через эту систему, мы сможем за много лет пропустить через себя какие-то 2-3 процента от школьников страны.

Сайт лагеря «Село»: selokids.ru
Страница лагеря в фейсбуке: https://www.facebook.com/selokids/

ДАВАЙТЕ ЖИТЬ ДРУЖНО: